Исследователи из Института Макса Планка изучили данные более 1 тыс. жителей Германии. В исследовании приняли участие три возрастные группы: дети от 8 до 10 лет, подростки от 14 до 16 лет и молодые люди от 20 до 29 лет. Ученые собрали образцы слюны участников дважды. Первый раз до введения первых ограничений и самоизоляции в марте 2020 года, второй раз — весной 2022 года. В образцах изучили метилирование ДНК.
Метилирование представляет собой химические изменения ДНК, которые регулируют активность генов. Эпигенетические часы позволяют оценить биологический возраст организма и скорость его изменений, а затем сравнить эти показатели с хронологическим возрастом человека. Ускоренное изменение метилирования ранее связывали с повышенным риском хронических заболеваний, включая рак и сахарный диабет второго типа.
Анализ показал, что во время пандемии темп эпигенетического старения увеличился во всех трех возрастных группах, сообщается на сайте института. Наиболее выраженные изменения наблюдались у людей, состояние здоровья которых было хуже еще до пандемии.
При этом связь между субъективным стрессом и эпигенетическим старением оказалась особенно заметной у подростков. Ученые учитывали, насколько участники воспринимали пандемию как угрозу и насколько тяжелым считали ее влияние на свою жизнь.
Самым значимым фактором оказалось отсутствие социальных контактов. Невозможность встречаться с друзьями была связана не только с ухудшением эмоционального состояния подростков, но и с изменениями на уровне ДНК.
У детей и молодых взрослых такой связи между субъективным стрессом и эпигенетическим старением не обнаружили. Исследователи предполагают, что в подростковом возрасте организм особенно чувствителен к стрессу из-за физиологических изменений во время полового созревания. Кроме того, ограничения общения могли сильнее затронуть именно эту возрастную группу.
Отдельный анализ показал, что во всех возрастных группах наиболее сильный стресс был у людей с неблагоприятными исходными условиями: более слабым физическим здоровьем, низким субъективным благополучием и более низким социально-экономическим положением. При этом объективные показатели, включая региональную заболеваемость и строгость ограничений, не предсказывали уровень стресса, который испытывали сами участники.
Пока неизвестно, приведут ли обнаруженные эпигенетические изменения к повышенному риску заболеваний в будущем. Дальнейшие наблюдения за участниками позволят оценить последствия в долгосрочной перспективе.
Недавно другие ученые обнаружили, что традиционные методы оценки долгосрочных последствий COVID-19 могут приписывать коронавирусной инфекции проблемы со здоровьем, которые на самом деле связаны с другими факторами. Оказалось, что 98% «последствий» COVID-19 на самом деле к нему не относятся.
