Logo
Cover

Генетик Джордж Черч объясняет, что общего между анализом генома и ремнем безопасности в автомобиле и почему технологию CRISPR нельзя назвать редактированием. А также почему за скандальным китайским экспериментом по созданию детей с отредактированным геномом стоит правительство.

621

«Некорректные» ножницы

Профессор генетики Гарвардской медицинской школы Джордж Черч стоял у истоков первых программ по секвенированию генома и выступал за популяризацию ДНК-тестов. Однако траектория, по которой развивается генетика сегодня, его не устраивает.

В интервью подкасту a16z Черч прокомментировал скандальный эксперимент, проведенный китайским биологом Хэ Цзянькуем. Ученый отредактировал геном двух эмбрионов. С помощью технологии «молекулярных ножниц» CRISPR он устранил ген CCR5, чтобы обеспечить детям защиту от ВИЧ. В результате на свет появились девочки-близнецы — первые люди с отредактированным еще до рождения геномом.

Черч, в отличие от большинства представителей научного сообщества, не стал осуждать Хэ Цзянькуя. Более того, генетик считает, что экспериментатора подвергли травле.

По мнению Черча, о последствиях нужно будет судить уже после проведения исследований. Он провел аналогию с позитронно-эмиссионной томографией, которую начали внедрять, хотя показатели рентгеновского излучения так и не удалось свести к нулю.

Несмотря на это, технология CRISPR пока слишком далека от совершенства, чтобы применять ее на практике. Американский генетик сравнивает методику с актом вандализма, поскольку процедура корректировки вносит долю хаоса в геном. Современный подход не позволяет вносить «правки» с высокой точностью, поэтому, как считает Черч, называть процесс «редактированием» нельзя.

Под контролем государства

Несмотря на несовершенства, Черч полагает, что по значимости для государств CRISPR стоит в одном ряду с атомной энергетикой. Поэтому генетик уверен, что за экспериментом Хэ Цзянькуя стоит правительство.

«Маловероятно, что столь продвинутое в технологическом плане государство, которое к тому же пристально следит за гражданами, упустило бы столь важную вещь», — отметил Черч в интервью.

Недавно обнаруженные документы доказывают, что Хэ проводил эксперимент на деньги из государственного бюджета. Хотя теоретически и мог замаскировать назначение денег.

Черч допускает, что с близнецами, которые родились с отредактированным геномом, все будет в порядке. Риски, по его мнению, минимальны. Однако это не повод считать технологию безопасной. 

Некоторые эксперты опасаются, что эксперимент замедлит развитие генетики по всему миру. К примеру, в Китае теперь введут уголовную ответственность за редактирование генома. По словам Черча, темп развития на какое-то время замедлится, но только в тех сферах, которые вызывают этические вопросы. Параллельно этому хайп привлечет в индустрию инвесторов, которые начнут вкладываться в новые проекты. 

При этом сам Черч выступает за введение регулирования.

«Только регулирование спасет нас от нового талидомида и рофекоксиба», — заметил он. Эти препараты были запрещены из-за долгосрочных негативных последствий применения. У женщин, которые принимали талидомид, рождались дети с врожденными аномалиями развития, а прием рофекоксиба повышал риск сердечного приступа и инсульта.

Массовое ДНК-тестирование на благо единиц

В интервью генетик отметил, что наибольшую пользу человечеству в ближайшем будущем принесут персональные тесты ДНК. Они снизят нагрузку на здравоохранение и значительно сократят затраты.

Большинству людей секвенирование генома не принесет существенную пользу. Важную информацию по результатам получит 1-4% пациентов. Но если им удастся помочь, то эффект будет колоссальным.

Черч сравнивает ДНК-тесты с ремнями безопасности автомобилей. Многие не пристегиваются, поскольку считают риск аварии минимальным. Но в современных автомобилях обойти эту процедуру сложно, поскольку машина издает предупреждающий сигнал до тех пор, пока водитель и пассажир не пристегнутся. Такая же система нужна и в сфере оценки генетических рисков.

В целом Черч назвал три препятствия на пути развития генетических тестов. Во-первых, пока они стоят слишком дорого — примерно $1000, хотя должны быть бесплатными. Вторая проблема заключается в рисках для приватности — люди не хотят, чтобы правительство и страховые компании получили доступ к их данным. И третья проблема — это непонимание. Люди не видят пользы в ДНК-тестах и чаще делают их лишь из любопытства.