Нассим Талеб: «В ближайшем будущем я вижу угрозу серьезнее пандемии»
Logo
Cover

Американский философ, экономист и трейдер Нассим Талеб, автор всемирного бестселлера «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости», считает, что пандемия полностью изменит целый ряд отраслей и существенно повлияет на рост локализма. Во всем мире произойдет ускоренный переход на онлайн-образование, а туризм как отрасль вряд ли переживет нынешний кризис, — заявил Талеб в интервью Илье Носыреву из РБК. Он полагает, что пандемия продлится достаточно долго и коронавирус принесет еще немало неприятных сюрпризов.

Несколько примечательных тезисов из интервью.

О здоровой реакции людей на карантин

«Во время пандемии ярко проявилось то, что люди ведут себя умнее, чем государство. Например, пользователи соцсетей сейчас постят фото из Швеции, где правительство не стало объявлять карантин, — на этих фото рестораны, битком набитые гостями. Но в действительности таких ресторанов мало: число посетителей в этой сфере упало на 90%. То есть даже без введенного сверху карантина мы видим очень здоровую реакцию людей», — считает Нассим Талеб.

Как пандемия изменит мир

«Эпидемия ускорит переход к онлайн-образованию. Обычные университеты станут не нужны. Образовательные учреждения смогут за счет этого серьезно сэкономить на зданиях, логистике и так далее. То же самое произойдет и со многими компаниями… Благодаря пандемии многие компании поняли, что у сотрудников вполне получается работать из дома. Это не означает, что офисы исчезнут полностью, они просто станут меньше, и люди не будут ездить туда каждый день. Это значит, что многие начнут переселяться из городов в сельскую местность. Это первое следствие, которое я вижу, — заявил Талеб. — Второе — в том, что туриндустрия вряд ли сумеет восстановиться: отели, турбюро, где можно заказать путешествия, уже давно теряли доходы, а пандемия их прикончила».

Как эпидемия изменит мировоззрение людей

«Она уже меняет потребительские привычки — находясь в самоизоляции, люди перестают покупать массу всего ненужного. В этом смысле происходит откат к старым добрым временам. Кризис этот тренд дополнительно усилит. Кроме того, возникнет тенденция к локализму… Сейчас люди понимают, что на качество их жизни влияет не только страна, но и конкретный штат или город. Например, губернатор Огайо справляется с текущими задачами лучше, чем Дональд Трамп. Это повод переехать в Огайо», — уверен Талеб.

Сколько продлится пандемия

«Я не думаю, что пандемия продлится годы, — и все-таки она не спадет довольно долго. Кроме того, надо понимать, что отмена карантина не будет означать конца эпидемии. Пока нет никакой ясности, как она будет развиваться дальше, и это во многом связано с тем, что мы не понимаем, как вирус действует, — полагает Нассим Талеб. — Он может оказаться намного заразнее, чем считалось раньше. Мы также не знаем, что вирус делает с иммунитетом… Я читал отчеты о людях, которые после пребывания в больнице вылечились, но теперь, например, им трудно двигаться, поскольку они потеряли около трети функций легких. Наконец, вирус, похоже, поражает мозг — часть пациентов жалуются на потерю способности чувствовать запахи, и у некоторых из них это может остаться на всю жизнь. Вот почему главный вопрос для властей сейчас — как ответственно двигаться в условиях полной неопределенности? 

Но, если честно, в ближайшем будущем я вижу угрозу серьезнее пандемии. Это повышение резистентности бактерий, которое происходит из-за повсеместного использования антибиотиков… Со временем она может стать фатальной для человечества».

Что ждут люди от государства в кризис

«Мы нуждаемся в государстве, чтобы оно обеспечивало главную ценность — безопасность людей. В период пандемии государство должно брать на себя управление всеми мерами, которые позволят добиться этой цели. Другое дело, что, например, в Евросоюзе государство включается по любому поводу и начинает „спасать“ экономику со скоростью вакуумного пылесоса. Проблема не в том, что государство не нужно, проблема в том, что оно плохо выполняет свои главные задачи», — заявил Талеб РБК.

Полная версия интервью.