Logo
Cover

Современные компании вроде Apple, Facebook или Netflix продают пользователям под видом «новых платформ» старый добрый капитализм рантье. Покупая автомобиль или телевизор, человек получает только физическую оболочку, а доступ к нему продолжают контролировать арендодатели.

289

В марте глава Apple Тим Кук и его коллеги анонсировали крупный стратегический поворот, который предстоит совершить компании в ближайшее время, если она хочет преодолеть стагнацию продаж «айфонов», «айпадов» и прочих «маков». «Превращение Apple в сервисную компанию действительно началось«, — провозгласило издание Bloomberg после того, как Apple объявила о ряде новых сервисов, требующих подписки: Apple TV+, Apple News+, Apple Arcade и Apple Card.

Располагая гигантской базой пользователей, компания может приобрести 100 млн подписчиков всего за пару лет, считают аналитики, «создав со временем ежегодный приток доходов от $7 до $10 млрд».

Однако стратегия Apple гораздо масштабнее — компания следует за изменениями в подходе к использованию технологий, владению имуществом и накоплению доходов. Facebook, Uber и Netflix создают платформы и предоставляют услуги. Они контролируют всю повседневную жизнь, ежесекундно собирая данные о наших привычках и интересах. А главное — берут теперь плату за доступ, а не за обладание, пишет One Zero.

Эти компании, по сути, воскрешают старую форму рентной экономики, которая была присуща землевладельцам и феодалам прошлого. Только теперь продают технологии.

Можно называть ее «платформенным капитализмом» или новым поколением капитализма рантье — модель от этого не меняется. Она подразумевает отношения, при которых владелец актива предоставляет к нему доступ, как владелец дома берет арендную плату с жильцов.

В последние годы мы наблюдаем всплеск подобных отношений на потребительском рынке. Масса стартапов называют себя «Uber для Х» или «X как услуга». Венчурные капиталисты и предприниматели ищут возможности получить прибыль — в долларах или данных — контролируя активы и беря с пользователей плату за все, что угодно: музыку, программы или офисное пространство.

Покупая, не владеешь

Умные устройства интернета вещей постепенно вытесняют обычные. Покупая их, пользователь получает во владение только физический объект. Цифровая начинка ему не принадлежит, а распространяется по лицензии, другими словами, дана во временное пользование. Часть оплаты компания берет в виде постоянного потока данных о клиенте. При необходимости продавец может отключить или заблокировать доступ к проданной вещи или услуге.

Когда мы смотрим фильм через стриминговый сервис или пользуемся программой, мы платим за привилегию медленно передавать контроль над частной собственностью корпорации.

Компании, накапливающие богатства через платформенный бизнес, говорят нам, что собственность — устаревшее понятие, предлагая вместо него «шеринг». Но они не упоминают о том, что вместе с рентой подсовывают условный доступ и поражение в правах. А по сути — рабство тысячи платных подписок.

Если у этого движения помещиков 2.0 есть девиз, то он таков: зачем ограничиваться арендой недвижимости, когда можно сдавать в наем весь мир, реальный и цифровой.

Основатель Ethereum Виталик Бутерин считал, что частную собственность уничтожит блокчейн. Но это может произойти и без его участия.