Большинство существующих систем роевого управления зависят от стабильного канала связи с оператором или базовой станцией. При потере радиосвязи или глушении датчиков эффективность роя катастрофически падает, как показал опыт современных войн. Будущим автономным системам управления придется работать именно в таких условиях неопределенности.
Обычные алгоритмы ИИ для поля боя обрабатывают все объекты, будь то дрон, танк, здание или холм — как однородные точки данных. Китайский алгоритм HG-STR строит динамический граф боевого пространства, где разные сущности связаны невидимыми отношениями. Радарная установка — это не просто объект, а узел угрозы, связанный с рельефом, источниками помех и оборонительными позициями. Лес становится узлом укрытия, холм — линией, блокирующей обзор. Свой дрон — не изолированная единица, а узел обмена информацией. Такая структура позволяет рою делать тактические умозаключения, а не просто реагировать на то, что он непосредственно «видит».
Рой может продолжить преследование цели даже после потери связи и визуального подтверждения, сообщает SCMP. Алгоритм способен рассчитать вероятное положение противника из рельефа местности, предыдущих патрульных маршрутов, зафиксированных тепловых аномалий — и адаптироваться самостоятельно. По сути, это переход от запрограммированного поведения к логическим заключениям прямо на поле боя.
HG-STR (Heterogeneous Graph Spatio-Temporal Reasoning) разработана исследовательской группой из северо-западного Китая и подробно описана в статье журнала Acta Aeronautica et Astronautica Sinica. Это первый известный алгоритм, способный достичь 100-процентной эффективности поражения целей, работая при этом достаточно быстро, чтобы соответствовать современным требованиям ведения войны.
Однако, как указывают сами авторы, идеальный показатель в моделировании не означает идеальной эффективности в реальном бою, в котором есть ложные цели, гражданские транспортные средства, обманные маневры, поврежденные датчики, активные средства РЭБ, меняющаяся погода и тысячи других факторов. Тем не менее, сам подход важен как показатель того, что военные переходят от систем типа «человек в контуре управления» (human-in-the-loop) к «человеку на вершине контура» и далее к «человеку вне контура». Рой получает окончательную инструкцию — и действует автономно.
Инженеры из США создали роботизированную систему Cross-Link Collective, которая ведет себя скорее как текучая среда, чем как традиционный механизм. Десятки узких модулей длиной 200 мм и шириной 20 мм соединяются друг с другом липучками и двигаются без центрального управления, полагаясь на «механический интеллект».
