Logo
Cover

В последние дни в европейских странах число новых заражений коронавирусом стабилизировалось или даже начало снижаться. Это заставило многих утверждать, что пик пандемии здесь пройден, и стимулировало решения властей о частичной отмене карантина. Однако гарвардский эпидемиолог профессор Уильям Хэнедж уверен, что никаких поводов для оптимизма нет. Все только начинается.

В своей колонке для Guardian он отмечает, что разговоры о пике пандемии вводят в заблуждение. Причина в том, что подавляющее большинство населения не переболело новым коронавирусом и не приобрело к нему иммунитета.

Даже с учетом новых данных, согласно которым до четырех случаев инфекции из пяти могут протекать бессимптомно, количество выздоровевших пациентов слишком невелико, для естественного замедления пандемии. Чтобы это произошло, иммунитет должна получить как минимум половина населения, а еще лучше — до 70%.

Хэнедж приводит следующие расчеты. В Великобритании выявлено 100 000 случая заражения COVID-19, более 10 тысяч больных скончались.

С учетом бессимптомных случаев инфицирования, общее число заражений сейчас в стране должно составлять около 500 тысяч.

Если предположить, что Великобритания достигла пика вспышки инфекции и дальше пойдет ее спад, то до конца этой волны заразятся еще 500 тысяч. Или всего 1 миллион в ходе текущей волны распространения коронавируса. Именно этот миллион получит иммунитет.

У оставшихся 65 млн британцев иммунитета к вирусу нет. Это значит, что жители страны будут снова активно заболевать, когда меры карантина будут смягчены. Распространение COVID-19 будет продолжаться до тех пор, пока иммунитет не появится хотя бы у 30-35 миллионов британцев.

Чтобы он возник, умереть только в Великобритании должны 600 000 человек, то есть в 60 раз больше, чем уже унес коронавирус (если исходить из оценки 20 тысяч летальных исходов на 1 миллион переболевших).

Из этой оценки и нынешнего числа потерь — чуть более 10 тысяч за неполных 2 месяца развития эпидемии в стране — можно представить, сколько времени займет выработка естественного иммунитета у населения. И как долго нужно будет то ужесточать, то ослаблять карантин, чтобы система здравоохранения выдерживала нагрузку, пока этот иммунитет вырабатывается.

При этом идея, что каждый переболевший получает иммунитет к COVID-19, сама по себе очень оптимистична. Данные из Китая свидетельствуют, что у некоторых выздоровевших пациентов не формируется достаточного количества антител. А из Южной Кореи поступают сообщения о людях, которые, возможно, заразились повторно.

Решить проблему коронавируса может появление вакцины, однако при самом оптимистичном сценарии ее придется ждать до осени, а при более реалистичном — не ранее начала следующего года.

До тех пор нам придется сохранять меры социального дистанцирования и быстро выявлять все новые случаи заражения. Отказ от быстрого снятия карантинных мер дорого обойдется для экономики, однако гибель сотен тысяч людей нанесла бы по ней не меньший удар, заключает Хэнедж.

Впрочем, статусные коллеги профессора Хэнеджа уверены, что в действительности безопасная вакцина появится не скоро. Например, Пол Оффит, один из изобретателей вакцины от ротавируса в конце 1990-х, считает, что даже утверждения о разработке вакцины за 12-18 месяцев «это до нелепости оптимистичный прогноз», и все профессионалы это понимают. Хотя публично могут заявлять что угодно, чтобы поддержать население.

Гарвардские ученые смоделировали траекторию развития пандемии коронавируса и пришли к выводу, что весь следующий год и часть 2022 придется время от времени возвращаться к карантину, преимущественно в холодные месяцы.