В 1990 году Якир Ааронов из Тель-Авивского университета вместе с коллегами предложил теоретическое устройство — «квантовую машину для преобразования времени». Она могла бы использовать необычные свойства квантовой механики, заставляя систему вести себя так, словно время ускорилось, остановилось или даже потекло вспять. В основе этой идеи лежит феномен суперпозиции: состояние, при котором система может одновременно находиться в нескольких различных возможных состояниях.
Представьте, что у вас есть часы, пребывающие в суперпозиции и одновременно занимающие два разных положения в гравитационном поле — причем разница в силе гравитации между ними такова, что она влияет на ход времени. В одном положении — там, где гравитационное поле сильнее, — время течет медленнее. В другом, расположенном дальше, — быстрее. Квантовая механика допускает одновременное существование обоих вариантов. А когда обе ветви состояния часов вновь объединяются, они могут интерферировать друг с другом.
Выбирая определенный результат такой интерференции, можно теоретически добиться того, чтобы часы вели себя так, будто прошло время, не укладывающееся ни в один из двух исходных сценариев. Это может означать, что времени прошло больше, чем в любой из отдельных ветвей. Или же, что оно не прошло вовсе. А может означать и отрицательное время — как если бы часы шли в обратном направлении.
Спустя 36 лет Ааронов вместе с Авшаломом Элицуром из Израильского института перспективных исследований вернулись к вопросу, насколько далеко может зайти обратное течение времени. Поскольку идея эта остается чисто теоретической, исследователи обратились к математическому аппарату и проанализировали несколько слегка различных конфигураций такой «машины», сообщает Science Alert.
Однако прежде им предстояло найти решение проблемы: как доказать, что время действительно удалось заставить течь вспять? Для этого они использовали процесс атомного распада. Когда атом поглощает энергию, один из его электронов может перескочить на более высокий энергетический уровень. Но атомы довольно ленивы: они стремятся вернуться в свое основное, невозбужденное состояние. Рано или поздно электрон переходит на более низкий энергетический уровень, высвобождая излишек энергии в виде фотона. Этот процесс называется спонтанным излучением, и в обычных условиях он протекает только в одном направлении.
Исследователи предложили взять группу атомов, в которых уже начался процесс распада, и проверить, сможет ли их теоретическая машина обратить этот процесс вспять.
Представьте, что у вас есть 100 возбужденных атомов. Вы ждете, пока часть из них высвободит энергию, и в возбужденном состоянии останется 80 атомов. Если вы пропустите эти 100 атомов через теоретическую машину времени, и в итоге количество возбужденных атомов окажется больше 80, значит, машина фактически обратила вспять часть уже произошедшего распада.
Если время действительно потекло в обратном направлении, то испущенный свет должен вернуться к атомам, переводя их обратно в возбужденное состояние. Ученые смоделировали изолированную ячейку с запертыми в ней атомами, излучаемыми ими фотонами и поглощающими их станками. И пропустили ячейку сквозь квантовую машину. Здесь возникло весьма серьезное препятствие: даже внутри герметичной ячейки атомы не существуют в изоляции. Испуская свет, они взаимодействуют с окружающим электромагнитным полем, оставляя следы произошедшего.
В простейшем варианте такого устройства обращение процесса распада вспять зависит от того, сохранят ли эти взаимодействия квантовую когерентность, необходимую для того, чтобы две возможные истории могли интерферировать друг с другом. Однако это «окно» остается открытым недолго. В оптическом эксперименте, проведенном исследователями, оно длится около одной фемтосекунды. По истечении этого времени окружающая среда успевает накопить слишком много информации об излучении, из-за чего простейшая двухуровневая система уже не способна обеспечить желаемый «обратный ход» событий.
Таким образом, ограничение накладывается не самим временем, а тем, что окружающая среда «запоминает» состояние света.
Но как же быть со вторым законом термодинамики, который гласит, что суммарная энтропия изолированной системы никогда не может уменьшаться. Естественные процессы, как правило, протекают в одном направлении: от более упорядоченных состояний к менее упорядоченным. Если время может идти вспять, не нарушает ли это второй закон термодинамики?
Не обязательно. Все дело в так называемой «постселекции». Кажущийся «обратный ход» времени наблюдается лишь в ничтожно малой доле возможных исходов, которые были тщательно отобраны из множества других вариантов. Если же рассматривать все возможные исходы в совокупности, то система в целом по-прежнему подчиняется второму закону термодинамики. Энтропия вовсе не начала чудесным образом уменьшаться повсеместно.
Таким образом, теоретическая модель Ааронова и Элицура позволяет создать процесс, который выглядит как движение времени в обратном направлении, не нарушая при этом одного из фундаментальных законов физики.
Для ученых вопрос заключается вовсе не в том, можно ли построить машину, отправляющую объекты в прошлое. Науку интересует другое: почему время в принципе движется только в одном направлении? Ведь многие фундаментальные уравнения физики работают одинаково хорошо как в прямом, так и в обратном направлении. Выявляя, в какой именно момент нарушается квантовая обратимость времени, работа Ааронова и Элицура помогает понять, как под воздействием окружающей среды возникают необратимые процессы, определяющие наше восприятие времени.

